pepilota1 (pepilota1) wrote,
pepilota1
pepilota1

Categories:

Син Гён Сук "Пожалуйста, позаботься о маме"

Сложно честно описать впечатление от книги, получившей престижную литературную премию. Напишешь, что не очень, сразу скажут: «Да что ты понимаешь! Это же новое слово! Мировое событие! Не понимаешь ничего, так молчала бы». Тем более сложно, когда вещь посвящена такой этически деликатной теме, как семья, когда книга – фактически гимн Матери. Раскритикуешь, обвинят в жестокосердии, в пренебрежении семейными ценностями. А уж корееведу вообще не пристало воротить нос от такой литературы. Ведь всем известно, что в Корее семье придаётся большое значение, что там семья определяет всю твою жизнь, от рождения до смерти. И потому и выбор темы романа, и манера автора, имеют особый смысл. Не восхититься и не пустить слезу, всё равно что расписаться в собственном непрофессионализме. Поэтому я, конечно, ничего такого не напишу. А напишу я так.

Роман корейской писательницы Син Гён Сук «Пожалуйста, позаботься о маме» (신경숙 «엄마를 부탁해»), написанный в 2008 году и вышедший на русском языке в 2012, прекрасен тем, что он замечательно отражает корейские реалии, как уже уходящие в прошлое, так и современные. Любой, кто жил в Корее и с корейцами, не может не знать всех этих тем, настолько вошедших в корейскую повседневность, что их уже можно считать клише. Мужчины в романе много работают, много пьют (в том числе по работе) и мало времени проводят со своими семьями. Женщины в основном занимаются домом и детьми, причём много и тяжело. Дети, в свою очередь, усердно учатся, чтобы потом много работать или удачно выйти замуж, родить своих детей, заниматься домом и так далее. Только одна из дочерей главной героини (альтер эго автора) не пошла по этому пути, но она и подаётся Син Гён Сук как отходящий от нормы вариант женской судьбы. А так всё как всегда. Сварливые свекрови тиранят бессловесных и покорных невесток. Пожилые ачжумы завивают короткие стрижки, носят широкие цветастые штаны, а главное - парят-варят-жарят-режут-квасят, и это описано так подробно, что в некоторых местах почти напоминает рецепт. Все мы это видели и читали уже много-много раз. Так много, что иногда даже хочется пропустить очередной избитый кусок текста и читать дальше.

Вообще, тема стареющей кореянки, чья молодость пришлась на трудные годы Кореи, когда страна переживала японскую оккупацию, войну и потом тяжело поднималась из руин, красной нитью проходит через многие корейские романы и фильмы. Не один раз я встречала момент, когда обнаруживается, что героиня не умеет читать и писать, так как её семья не имела средств отправить её в детстве в школу. Не один раз читала я описания тяжёлого, почти каторжного домашнего труда, которому не видно ни конца ни края, и все это, к тому же, разворачивается на фоне постоянного голода, бедности и беспросветности бытия. Я не хочу сказать, что читать это скучно. Я только хочу сказать, что таких описаний ТАК МНОГО, что в какой-то момент уже перестаешь воспринимать их как что-то ужасное, ненормальное, неправильное, а наоборот начинаешь (практически против своей воли) видеть их как привычный, обязательный фон любого корейского сюжета.

Но вернёмся к «Пожалуйста, позаботься о маме». Для тех, кто не читал, небольшой синопсис. В наши дни на Сеульский вокзал из провинции приезжает пожилая супружеская пара. Они приезжают, чтобы навестить детей, живущих в столице. Пара спускается в метро, но в привокзальной суете они теряют друг друга. Муж садится в поезд, а жена (мама), оттеснённая толпой, случайно остаётся на платформе. Когда муж (отец) возвращается на ту станцию, мамы уже нет. Вся семья начинает искать маму. И пока идут поиски, каждый член семьи вспоминает свою жизнь и переосмысливает в ней роль матери.

И тут начинается самое корейское из всего корейского, что есть в романе. Из читателя давят слезу. Причём всеми возможными способами. В этом деле корейцы мастера. Описываются такие трогательные и рвущие душу ситуации, что не растрогается только совершенно бесчувственный. Например, та самая дочка, которая альтер эго автора, и в романе пишет книги. Она много ездит по миру и редко навещает маму. И та, скучая по дочери и гордясь ей, мечтает прочитать её книги. Но, напоминаем, читать она не умеет и страшно этого стыдится. Поэтому, когда она просит чужую женщину из социальной службы почитать ей книгу, она не может ей сказать, что автора книги – её родная дочь.

Или ещё пример. Муж главной героини приводит в дом другую женщину. Героиня не может перенести такого унижения и уходит из дома, оставив детей. Её сын, первенец и гордость, отказывается есть еду, приготовленную для него отцовской любовницей. Когда мать узнает об этом, она строго наказывает сына и берёт с него обещание, что тот снова станет есть. Вот цитата из этого места: «Мама хлестала его очень больно. Хун Чол ... не мог понять, за что мать лупила его. Его сердце разрывалось от тоски. <...> Мама принялась хлестать ещё сильнее. Но он не признавался, что ему очень больно, и мама начала уставать. Вместо того чтобы убежать, Хун Чол спокойно стоял на месте и терпеливо сносил побои». Таких примеров в книге очень много. Можно сказать, что она вся из них и состоит. Причём по мере развития сюжета накал трогательности нарастает, градус страдания нагнетается, читатель уже начинает чувствовать собственную вину перед матерью. И вот мне кажется, что это уже перебор. Если слишком сильно давить на чувства, в какой-то момент этот приём перестаёт работать, и весь роман превращается в набор душещипательных реминисценций под общим посылом, который кратко можно сформулировать рекламной фразой «Позвоните родителям».                 

Я не знаю, что легло в основу истории, рассказанной нам Син Гён Сук. Думаю, что, конечно, в ней много биографического. Но вот насколько, точно мне неизвестно. Если автор действительно трагически потеряла мать, то вся книга, естественно, приобретает иное звучание. И тогда уже все мои язвительные замечания становятся особенно неуместными. Мама – это такая тонкая тема, такая личная, у каждого своя. Собственно, с этого я и начала.

И всё же, подводя итог, хочется сказать, что выход в свет на русском языке романа «Пожалуйста, позаботься о маме» несмотря ни на что всё-таки большое и важное событие как в российском корееведении, так и в наших литературно-читательских буднях. Ведь книг о Корее, правдиво и качественно рассказывающих о жизни корейцев, до сих пор немного. И «Пожалуйста, позаботься о маме», безусловно, пополнит их ряд. Прочитав её, российский читатель увидит Корею действительно такой, какая она есть. Ну а если не всем захочется эту книгу перечитать, то это вовсе и не обязательно. Одного раза вполне достаточно.    

(Бонус)
Несколько матерных слов о переводе имён собственных.

Тем, кто роман уже прочитал, этот абзац можно смело пропустить, чтобы лишний раз не расстраиваться, вспоминая, как ужасно переведены в книге имена собственные. Это старая как мир проблема, о которой уже даже неинтересно писать, потому что всё уже писано-переписано. А всё потому, что роман, изданный «Центрполиграфом», перевели с английского, а не с корейского. На этом, в общем-то, можно и остановиться, всё и так ясно, но я продолжу.

- Имя автора. Нет, ну это же надо!!!! По-корейски писательницу зовут Син Гён Сук. Син – фамилия, Гён Сук – имя. Может, и необычно, конечно, для непривыкших к корейским именам людям, но вполне себе благозвучно и фонетически понятно. Почему же тогда на обложке значится некто Кун-Суук Шин?! Ну хорошо, вы хотите на западный манер поставить сначала имя, потом фамилию. Допустим. Но зачем же их при этом так безбожно перевирать?! Слог «сук» в женском имени вас смутил, вы мои нежные зайки?! Да, «суук» намного благозвучнее, это вы здорово придумали.

- Может, это и не так важно для понимания смысла романа, но мне больно читать такие вещи, как Намдеймун вместо Намдэмун (стр.90), женский университет Сукмун вместо Сунмён (стр.96), район Намсан-дун вместо Намсан-дон. (стр.159), Панмунхом вместо Пханмунчжом (стр.173), Канвамун вместо Кванхвамун (стр.245), мужское имя Баек Ил Суп вместо, видимо, Пэк Иль Соп (стр.250). И вот да – моё любимое. Вы знаете, что такое китайские булочки маньтоу? Да, это пельмени манду (стр.267).

- Есть и некоторые фактологические неточности. Например, в Корее нет стотысячной купюры, как написано на стр.110. На стр. 66 собака корейской породы чиндоке превращается в пса по кличке Чиндо.

- Обидно, что некоторые вещи зачем-то даются на японский манер. Например, зачем писать сасими или суси (в тексте, конечо же, саШими и суШи), если можно написать просто сырая рыба. Или вот такая прелесть со стр.174: «Горная деревушка в десяти ри (sic) от вашей деревни». И идёт сноска «ри – японская мера длины, составляющая 1927 метров».
Tags: Корея, Корея и корейцы, великий и могучий корейский язык, корейская литература, литературка, литотчёт, переводы
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 40 comments